melibibula (schwarzze) wrote,
melibibula
schwarzze

Categories:

Малинники






Малинники. Имение Вульфов-Вревских-Панафидиных в Старицком районе Тверской области.



Деревня Малинники находится в 27 км от Старицы и восьми - от Бернова, вверх по течению реки Тьма, на ее левом берегу. В XVI веке эти земли входили в обширные владения бояр Берновых. В 70-е гг. XVII века берновская вотчина принадлежала А. Тархову. В 1678 г. его дочь Прасковья, выходящая замуж за стольника Алексея Калитина, получила в качестве приданого «вотчину в Ржевском уезде, село Успенская гора, Берново тож, на речке Тьме да на речке Зеренке, Сельцо, что было пустошь Малинники на речке Тьме…».

Растрата Калитиным казенных денег привела к тому, что в 1726 г. Екатерина I передала эти владения вместе с «сельцом Малинники» Петру Гавриловичу Вульфу. В начале XIX века большое и богатое имение было раздроблено между многочисленными наследниками Петра Гавриловича. При разделе Малинники достались Ивану Петровичу Вульфу, который еще при жизни распорядился своим имуществом, выделив родовое имение сыну Николаю. После смерти Николая Ивановича (1813) имение перешло его вдове Прасковье Александровне (урожденная Вындомская, во втором браке - Осипова) и детям. Осиповой-Вульф также принадлежало имение Тригорское Псковской губернии.

Дружеские отношения Пушкина с семейством Осиповых-Вульф возникли летом 1817 г., когда поэт впервые посетил Михайловское, и укрепились в годы его ссылки (1824-1826). Евпраксии Вульф (1809-1883), дочери Прасковьи Александровны Осиповой, было пятнадцать лет, когда Пушкин появился в Тригорском и очаровал все местное женское общество. В ту пору она еще явно не была допущена к развлечениям взрослой молодежи, Пушкин предпочитал проводить время с Анной Вульф и Алиной Осиповой, а к Зизи относился как к ребенку. Это тогда он померился с ней талиями, сделав вывод, что или у Евпраксии талия двадцатипятилетнего мужчины, или у него талия пятнадцатилетней девушки. Прасковья Александровна дочерей своих держала в большой строгости, и от Зизи скорее всего не отходила нянька.




Силуэты: вверху – Анна Петровна Керн,
внизу – Анна Николаевна и Евпраксия Николаевна Вульф. 1825 г.

Но к 1826 году она из подростка превратилась в очаровательную девушку, которую поэт не замечать уже не мог. Прасковья Александровна, вероятно, первая уловила возникшую взаимную симпатию Пушкина и юной Евпраксии.

В сентябре 1828 года, находясь проездом в Петербурге, Прасковья Александровна пригласила Пушкина в Малинники.
Осенью 1828 г. Алексею Вульфу показалось, что в его сестре что-то переменилось: "У нее было расслабление во всех движениях, которое ее почитатели назвали бы прелестной томностью, - мне это показалось похожим на положение Лизы, на страдание от не совсем счастливой любви, в чем, я, кажется, не ошибся".

Малинниковская осень оказалась плодотворной. 27 октября Пушкин написал «Посвящение» к только что законченной поэме «Полтава». Затем Пушкин работал над VII главой романа «Евгений Онегин» и 4 ноября переписал ее набело. 9 ноября успешно завершена работа над «Анчаром», начатом еще в сентябре, затем написано стихотворение «Чернь» («Поэт и толпа»). 10 ноября родился «Ответ Катенину», следом - «Ответ А.И. Готовцевой», стихи «Цветок», «В прохладе сладостной фонтанов…», «Как быстро в поле, вкруг открытом…», «Ворон к ворону летит», «Лищинский околел…» (эпиграмма). Набросаны одна из главок повести «Гости съезжались на дачу…», критическая заметка «В зрелой словесности», план «Кирджали». И все это создано менее чем за полтора месяца, с 23 октября по 2 декабря.

В рождественские праздники 1829 Пушкин встречался с обитателями Малинников на «семейном балу» в старицком доме Вельяшевых, катался с местной молодежью на санном поезде по окрестным усадьбам.

Е. Е. Синицына вспоминает об одном из провинциальных обедов, на котором она встретилась с Пушкиным и Евпраксией Вульф: "Когда вслед за этим мы пошли к обеду, Александр Сергеевич предложил одну руку мне, а другую дочери Прасковьи Александровны, Евпраксии Николаевне, бывшей в одних летах со мной; так и отвел нас к столу. За столом он сел между нами и угощал с одинаковой ласковостью как меня, так и ее. Когда вечером начались танцы, то он стал танцевать с нами по очереди, - протанцует с ней, потом со мной и т. д. Осипова рассердилась и уехала. Евпраксия Николаевна почему-то в этот день ходила с заплаканными глазами. Может быть, и потому, что Александр Сергеевич вынес портрет какой-то женщины и восхвалял ее за красоту, все рассматривали его и хвалили. Может быть, и это тронуло ее, - она на него все глаза проглядела".

Но осенью этого года Пушкин по пути в Петербург свернул в Малинники, где состоялась, может быть, его последняя встреча с Евпраксией перед женитьбой. Поводом для столь неожиданного появления был скорее всего день рождения Евпраксии Николаевны (12 октября). Пушкин приехал в начале октября и застал в доме одну Анну Николаевну, потому что его не ждали и Евпраксия с матерью и со своей сводной сестрой отправились в Старицу. Но, вероятно, через несколько дней путешественницы вернулись, и с этим эпизодом Л. Краваль связывает строки стихотворения "Зима. Что делать нам в деревне?...", написанного в ноябре 1829 года:

Но если под вечер в печальное селенье,
Когда за шашками сижу я в уголке,
Приедет издали в кибитке иль возке
Нежданная семья: старушка, две девицы
(Две белокурые, две стройные сестрицы)
Как оживляется глухая сторона!
Как жизнь, о Боже мой, становится полна!
Сначала косвенно-внимательные взоры,
Потом слов несколько, потом и разговоры,
А там и дружный смех, и песни вечерком,
И вальсы резвые, и шепот за столом,
И взоры томные, и ветреные речи,
На узкой лестнице замедленные встречи;
И дева в сумерки выходит на крыльцо:
Открыта шея, грудь, и вьюга ей в лицо!
Но бури севера не вредны русской розе.
Как жарко поцелуй пылает на морозе!
Как дева русская свежа в пыли снегов!

После этого Пушкин и Евпраксия Вульф расстались надолго. В 1830 году поэт был занят предсвадебными хлопотами и осень провел в Болдине. 18 февраля 1831 года состоялась его свадьба с Натальей Гончаровой. 8 июля 1831 года Евпраксия Николаевна вышла замуж за барона Бориса Александровича Вревского, своего тригорского соседа, владельца имения Голубово, в котором и поселились после свадьбы супруги.

Об ухаживании за Евпраксией барона Вревского в семье говорили с лета 1830 года. Но, по-видимому, Евпраксия решилась на этот брак не сразу и не легко. Ее даже терзали дурные предчувствия, а главное, наверное, горькие воспоминания о несбывшемся. Поразительно, что в одном из ее предсвадебных писем брату, с которым она всегда была откровенна, звучат, в неожиданном контексте, посвященные ей пушкинские строки: "Теперь ты можешь наверное приехать в сентябре и вероятно найдешь меня замужем, потому что Борис торопит маменьку и никак долее июля не хочет ждать свадьбы. Маменька хлопочет. Бедная! Ей хотелось бы все мое приданое прежде приготовить, но это будет теперь невозможно. Мне досадно, что моя свадьба ей так много хлопот наделает: я бы желала, чтоб все эти приготовления делали удовольствие, а не огорчали бы ее. Это дурное предвестие моему супружеству! Видно мне не суждено знать, что такое земное счастие... Теперь я прощаюсь с приятными воспоминаниями и верю Пушкину, что все, что пройдет, то будет мило, - теперь я привыкла немного слушать, когда назначают день моей свадьбы, а прежде мне так было грустно об ней слышать, что я насилу могла скрывать свои чувства" [4]. Очевидно, что "полувоздушая дева" Евпраксия совсем не была влюблена в своего будущего супруга.

Но брак оказался неожиданно счастливым, и Евпраксия обрела душевный покой. Невестой она находила в своему муже один главный недостаток: он, с ее точки зрения, был нетерпелив, как избалованный ребенок, т. е. по существу упрям. Но этот житейский порок искупался порядочностью, умом, известной душевной тонкостью, так что и Пушкин впоследствии относился к Борису Вревскому с искренним дружеским расположением и с удовольствием гостил в имении супругов. Это означало и то, что барон Вревский был достаточно умен и тактичен, чтобы не ревновать свою жену к поэту. В мае 1832 году у Пушкина родилась дочь Маша, а у Евпраксии сын Саша (которого она, к несчастью, потеряла в следующем году). В 1833 году у Пушкина родился сын Саша, а у Евпраксии - дочь Маша (в начале июня).

Последний раз А.С. Пушкин посетил Старицкий уезд в августе 1833 года проездом в имение Гончаровых Ярополец. 21 августа поэт в письме из Павловского в Петербург сообщал жене Наталье Николаевне: «Назад тому пять лет Павловское, Малинники и Берново наполнены были уланами и барышнями; но уланы переведены, а барышни разъехались; из старых моих приятельниц нашел я белую кобылу, на которой и съездил в Малинники; но и та уж подо мной не пляшет, не бесится, а в Малинниках вместо всех Анет, Епраксий, Саш, Маш etc. живет управитель Прасковии Александровны, Рейхман, который попотчевал меня шнапсом”.

Анна Николаевна Вульф, сестра А. Н. Вульфа, в молодости была увлечена Пушкиным. Но к 1835 г., по словам Е. Е. Синицыной, «она была уже зрелая, здоровая такая» и уже нисколько не интересовала Пушкина. В 1847 г. она, вспоминая Пушкина, припоминала и шуточный refrain его:

Хоть малиной не корми,
Да в Малинники возьми!

Приятелем Пушкина был сын Прасковьи Александровны Алексей Вульф (1805-1881), воспитанник Дерптского университета. Они встречались в Петербурге, в Тригорском и Малинниках. После выхода в отставку в 1833 г. Алексей Николаевич Вульф поселился в старицком имении и развил там интенсивную хозяйственную деятельность.




Алексей Вульф. С акварели А. И. Григорьева, 1828 г.

При нем в 1850-х гг. был создан молочный и сыроваренный завод, отремонтирован усадебный дом. Остались «Дневники» Алексея Вульфа, которые содержат сведения о пребывании Пушкина в Старицком уезде. Похоронен на городище Воронич у алтарной части церкви Георгия Победоносца (в настоящее время церковь восстанавливается).

После смерти Алексея Николаевича Малинники перешли к его сестре Евпраксии Николаевне Вревской (ур. Вульф), бывшей замужем за бароном Б. А. Вревским.

По наследству от матери сельцо Малинники и сельцо Нивы Старицкого уезда Тверской губернии перешли в совместное владение братьям Александру Борисовичу и Степану Борисовичу Вревским.

В 1893 г. усадьба стала собственностью Степана Борисовича Вревского, который в 1904 г. отдал ее своей дочери Евпраксии. В тот период Евпраксия Степановна – жена Михаила Николаевича Панафидина, одного из владельцев расположенной по соседству усадьбы Курово-Покровское. Панафидины способствовали развитию имения. В 1904-1910 гг. дом, принадлежавший П.А. Осиповой-Вульф, обложили кирпичом, был построен новый двухэтажный дом.

Усадебный дом, в котором бывал Пушкин, пришел в негодность и рухнул в 1923 году. Однако старые фотографии сохранили его внешний вид и некоторые интерьеры. Это был небольшой одноэтажный дом, окна венецианские, низкие. Парадное крыльцо с колоннами выходило в сторону реки Тьмы. С торцов дома были широкие веранды. Внутри было несколько комнат: девичья, библиотека, зал, столовая, кабинет, комната отдыха, две небольшие комнаты располагались в мансарде. Мебель старинная – диваны, кресла красного дерева с выгнутыми спинками, зеркала в рамах. На окнах были гардины темно-синего цвета, полы некрашеные. Вещи и мебель пушкинского времени впоследствии были переданы в Пушкинский дом Академии наук.

Сегодня Малинники – это небольшая живописная деревенька. От прежнего времени остался разросшийся парк, спускающийся к речке Тьме, фундамент усадебного дома, часовня. В парке установлена гранитная стела с пушкинским профилем.





Автор: Шелемин В.

http://litmap.culture.tver.ru/litmaptver_k_04_malinniki.htm

http://www.relga.rsu.ru/n37/cult37.htm
Tags: churches, graphic arts, messuage, vrevsky, wulf
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments